16+
Регистрация
РУС ENG
http://www.eprussia.ru/epr/279/6153089.htm
Газета "Энергетика и промышленность России" | № 19 (279) октябрь 2015 года

Реалисты и оптимисты спорят о стратегии

Председатель Общественного совета Минэнерго, президент и председатель правления Сбербанка России Герман Греф

Проект Энергетической стратегии России до 2035 года специалисты назвали скорее «мягким прогнозом», нежели реальным инструментом управления отраслью. Многие участники дискуссии, в том числе глава Общественного совета при Минэнерго Герман Греф, поддержали необходимость добавления в стратегию еще одного – более негативного стресс-сценария.

В сентябре Министерство энергетики России представило проект Энергетической стратегии РФ до 2035 года, доработанный с учетом замечаний профессионального сообщества. Презентуя документ на заседании Общественного совета при Министерстве энергетики РФ, глава ведомства Александр Новак заметил: проект стратегии составлен с учетом санкций США и ЕС против банковского и энергетического секторов России, а также с учетом снижения среднегодовых цен на нефть. В итоге, подчеркнул министр, получился актуальный и компактный документ, который способен задать дальнейший вектор развития отраслей ТЭКа. Однако не все участники заседания согласились с этим, заметив, что в стратегии не мешало бы прописать более негативный сценарий дальнейшего развития событий на энергетическом рынке, учитывая текущие прогнозные цены на нефть, и показать все возможные «развилки».

– Этот документ – продиктованная, в том числе, последними политическими событиями корректировка Энергостратегии России до 2030 года, принятой в 2009 году; он включает оценку состояния вызовов и тенденций, с которыми нам пришлось или только предстоит столкнуться, оценку влияния прорывных технологий на развитие ТЭКа. На мой взгляд, важно, что впервые обсуждение носило столь широкий характер, – сказал министр на заседании Общественного совета.

Председатель Общественного совета Минэнерго, президент и председатель правления Сбербанка России Герман Греф согласился: проект стратегии значительно доработан по сравнению с представленной ранее версией, услышаны многие замечания и предложения сообщества – их, к слову, поступило более шестисот. Документ получился всеобъемлющим, хотя «еще нужно пообсуждать его качество в целом и отдельных разделов в частности».



Слишком оптимистично?

Проект энергостратегии включает два сценария прогноза развития ТЭКа – консервативный и целевой. Консервативный сформирован на основе рабочей версии прогноза Минэкономразвития России, представленной в июне текущего года. Согласно ему, к 2035 году нас ждет умеренный рост ВВП в полтора раза (в среднем на 1,9 процента ежегодно).

В рамках сценариев средняя цена на нефть в 2015 году зафиксирована в размере 55 долларов США за баррель. По прогнозам, в течение следующих пяти лет этот показатель вырастет до 80 долларов за баррель, а к 2035 году достигнет отметки 90‑100 долларов за баррель.

Хотя по оценкам некоторых экспертов, данный прогноз излишне оптимистичен. Так, первый заместитель министра энергетики Алексей Текслер, накануне презентовавший проект стратегии в Аналитическом центре при правительстве РФ, подчеркнул: ведомство считает этот сценарий наиболее вероятным, исходя из баланса спроса и предложения на мировом энергорынке. Целевой сценарий на первом этапе реализации стратегии (ориентировочно до 2020 года с возможной пролонгацией до 2022‑го) по основным показателям совпадает с консервативным. Следовательно, прогнозы на ближайшие пять лет и в целевом, и в консервативном сценарии практически идентичны, в дальнейшем же несколько расходятся.

Господин Текслер пояснил: дело в том, что при целевом сценарии предполагается реализация дополнительных крупных инвестпроектов на Дальнем Востоке и в Восточной Сибири, интенсификация импортозамещения не только в отраслях ТЭКа, но и других, создание более гибкой и благоприятной налоговой среды и стимулирующего тарифообразования. Согласно данному сценарию, к 2035 году ВВП вырастет в 1,9 раза (в среднем на 3,1 процентов ежегодно), с достижением в последнем десятилетии прогнозного периода устойчивого четырехпроцентного роста экономики.

Ключевая цель стратегии – структурная трансформация и переход энергосектора страны на качественно новый уровень, который бы максимально содействовал динамичному социально-экономическому развитию России. Основные цели документа, считают эксперты, в целом сформулированы верно: обеспечение потребностей социально-экономического развития страны достаточными по объему, номенклатуре и качеству энергетическими услугами; трансформация территориально-производственной структуры ТЭКа с учетом приоритетов и направлений регионального и пространственного развития России, диверсификация экспортных потоков и сохранение лидерских позиций в мировой энергетике.





Показатели – вверх

Целевой сценарий развития ТЭКа, прописанный в проекте стратегии, предполагает, что среднегодовые инвестиции в топливно-энергетический комплекс в период 2016‑2035 годов будут на 20‑25 процентов выше, чем в 2014 году. Причем интересно, что в первой пятилетке уровень инвестиций в целом в ТЭКе будет ниже в среднегодовом исчислении уровня 2014 года, а после 2021 года начнет набирать темпы.

Александр Новак подробно остановился на каждой из отраслей, отраженных в стратегии, отметил ключевые вызовы, препятствующие их развитию, и упомянул о показателях, которые планируется достичь при реализации целевого сценария.

В частности, несмотря на волатильность цен на мировом рынке нефти, увеличение себестоимости добычи в связи с преобладанием труднодоступных запасов и большой выработанностью действующих месторождений, постоянным ухудшением физико-химических характеристик добываемой нефти предполагается сохранение стабильного уровня добычи нефти в объеме 525 миллионов тонн в год с обеспечением возможностей ее увеличения при благоприятной конъюнктуре мирового и внутреннего рынков. Ожидается увеличение экспорта нефти, в том числе, в два раза (до 110 миллионов тонн) вырастут поставки на рынки стран Азиатско-Тихоокеанского региона. Кроме того, планируемая коренная модернизация и развитие отрасли на базе передовых технологий позволят увеличить коэффициент извлечения нефти с 28 до 40 процентов, а освоение трудно извлекаемых ресурсов в объемах до 17 процентов общей добычи нефти.

Не менее оптимистичен прогноз и по газовой отрасли: общая добыча газа в России к 2035 году может увеличиться на 40 процентов, в том числе в новых районах – Восточной Сибири и на Дальнем Востоке, а также на шельфах морей. Предполагается обеспечить глубокую переработку добываемого газа с учетом наличия в нем ценных компонентов, в частности гелия. Кроме того, планируется расширение производства и потребления газомоторного топлива. Прогнозируется заметное (в восемь-девять раз) увеличение экспорта газа на азиатский рынок – с 14 до 128 миллиардов кубометров. Будет развиваться и Единая система газоснабжения – в планах создание ее фрагмента в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке с возможностью интеграции в ЕСГ страны.

В случае воплощения целевого сценария к 2035 году добыча газа вырастет до 885 миллиардов кубометров (консервативный сценарий предполагает рост добычи до 821 миллиарда кубометров). Напомним, что в 2014 году этот показатель был равен 629 миллиардам кубометров.

Что касается добычи газа по регионам, то, как и сегодня, лидером останется Западная Сибирь, где в 2014 году добыто 546 миллиардов кубометров газа, а к 2035‑му планируется добывать 683 миллиарда кубометров. На втором месте европейская часть страны: здесь в 2014‑м добыто 47 миллиардов кубометров газа, к 2035‑му ожидается увеличение до 52 миллиардов кубометров.

Что касается экспорта газа, то в прошлом году он составил 208 миллиардов кубометров, а к 2035 году, по оптимистичному прогнозу, вырастет до 317 миллиардов кубометров.

Много планов по развитию угольной отрасли. В проекте стратегии, помимо создания новых центров угледобычи в ряде регионов (Забайкальском крае, Республике Саха, Республике Тыва, Амурской области), акцент сделан на использование передовых технологий добычи угля и высокой производительности труда – кратно выше уровня 2014 года.

Авторы документа прогнозируют увеличение доли энергетического угля, направленного на переработку, в два – два с половиной раза, а также увеличение экспорта угля на 30 процентов, прежде всего в страны АТР.



В приоритете

К 2035 году в России планируется увеличить производство электроэнергии на 27‑43 процента при росте установленной мощности электростанций на 13‑25 процентов. Такова одна из важнейших задач, направленных на развитие российской электро- и теплоэнергетической отрасли на ближайшие годы, сообщил Алексей Текслер. Еще одна приоритетная цель – вывод из эксплуатации экономически неэффективного, физически и морально устаревшего энерго­оборудования.

Ожидается, что к 2035 году удельный расход топлива на отпуск электроэнергии снизится на 13 процентов. Кроме того, будет произведена оптимизация структуры и загрузки электро- и теплогенерирующих мощностей по типам генерации и видам используемых энергоресурсов. Прогнозируется, что выработка электроэнергии на АЭС вырастет в 1,4‑1,8 раза, на ГЭС – в 1,2‑1,3 раза.

Не забыли составители стратегии о необходимости интеграции электроэнергетики в Едином экономическом пространстве ЕАЭС и увеличении экспорта электрической энергии и мощности в пять-восемь раз, особенно на востоке страны.

Целый раздел документа посвящен развитию и распространению прорывных технологий. Министр напомнил: это направление вызвало больше всего вопросов при рассмотрении предыдущего проекта стратегии, поэтому в текущей версии документа учтено значительное количество новых технологий. Речь идет о развитии рынка электромобилей, возобновляемых источников энергии и интеллектуальных сетей, расширении использования газомоторного топлива, совершенствовании двигателей внутреннего сгорания.



Как и за счет чего?

Представленный проект стратегии вызвал неоднозначную реакцию сообщества как во время обсуждения в Аналитическом центре при правительстве РФ, так и на заседании Общественного совета. Некоторые представители профессионального сообщества назвали документ скорее прогнозом, чем стратегией, которую можно было бы воспринимать как реальный инструмент управления.

– Данная редакция документа вызывает у нас много вопросов, – признался руководитель проектов «ЕвроСибЭнерго» Владимир Киселев. – Например, вызывают сомнения темпы роста установленной мощности в электроэнергетике, появилось много вопросов к разделу по возобновляемой энергетике, которая, на наш взгляд, представлена словно в отрыве от реальной ситуации, как в мире, так и в России. В нынешней редакции этот документ нельзя назвать стратегией в полной мере, поскольку там отсутствует ответ на важнейший вопрос – как достичь поставленных целей? Проект документа больше напоминает очень мягкий прогноз, который можно выразить следующим образом: «Нам кажется, что будет вот так». Исходя из данной редакции, получается, что при нулевых темпах динамики экспорта электроэнергии в период с 2015 до 2020 года, в период до 2025 года вдруг появляется экспорт в размере 18 миллиардов кВт-ч, а дальше возрастает до 74 миллиардов кВт-ч. Как и за счет чего такой показатель будет достигнут? Существует ряд развилок, которые каждый из участников интерпретирует по‑своему и, соответственно, ведет себя в этом поле так, как считает нужным в отсутствии стратегических ориентиров по этим развилкам.

Эксперт напомнил, что еще в начале 2000‑х годов для развития проекта масштабного экспорта в Китай РАО ЕЭС России предложило три маршрута экспорта: из регионов Дальнего Востока, Восточной Сибири и с регионов ближе к Западной Сибири. Их можно условно назвать Дальневосточный, Восточносибирский и Западносибирский коридоры.

– На сегодняшний день худо-бедно развивается только Дальневосточный коридор, при этом объемы там достаточно небольшие, а объемы, которые предполагало РАО ЕЭС, при учете задействования всех трех коридоров, доходили до 60 миллиардов кВт-ч. Это говорит о том, что, если мы хотим добиться реализации экспорта в объеме около 74 миллиардов кВт-ч, необходимо принимать решения в части развития как минимум еще одного коридора. По нашему мнению, стоит остановиться на Восточносибирском, – резюмировал Владимир Киселев. – Что касается технико-экономического подхода, теоретически возможны два подхода – взаимодействие на системном уровне между энергосистемами стран – участниц этого проекта и так называемые локальные проекты. Сегодня развиваются оба направления, но работа по системной оценке этих подходов практически не ведется.

Председатель Комитета по энергетике Государственной Думы Павел Завальный согласился с тем, что в проекте стратегии отсутствуют эффективные инструменты достижения поставленных целей.

– Стратегия 2030 предполагала снижение энергоемкости ВВП на 40 процентов к 2020 году, то есть на 5 процентов в год. В соответствии с отчетами Минэнерго в последние годы происходило в среднем пятипроцентное снижение энергоемкости ВВП. Несмотря на это, нынешний проект показал: вероятнее всего, будут достигнуты вдвое более низкие показатели, чем было запланировано. Системного анализа причин снижения целевых показателей по энергоэффективности в проекте энергостратегии нет, – развел руками господин Завальный. – Более того, согласно обновленному документу, к 2035 году целевые показатели энергоемкости ВВП должны быть снижены в 1,4‑1,6 раза. Однако участники рынка выступают за двукратное снижение. Общий объем потребления энергии в России превышает 1 миллиард тонн условного топлива в год, ТЭК потребляет треть этого объема и имеет потенциал снижения энергоемкости не менее 20 процентов. В целом по стране потенциал сбережения первичных энергоресурсов оценивается более чем в 30 процентов, в части использования газа, например, он составляет 120‑180 миллиардов кубометров. Для реализации данного потенциала необходима государственная воля и поддержка, жесткая система стимулов и штрафов – примерно такая, как в вопросе утилизации попутного нефтяного газа, четкая координация всех мероприятий по энергосбережению, в том числе между отраслями промышленности. За четыре года работы в Комитете по энергетике я не увидел конкретных и действенных шагов по снижению энергоемкости ВВП. Мы только говорим об этом на конференциях, а в сфере законодательства ничего не меняется.

Павел Завальный призвал коллег из ведомства ставить более реалистичные цели, прописывать более эффективные инструменты их достижения.

Многие участники дискуссии, в том числе Герман Греф, поддержали необходимость добавления в стратегию к двум имеющимся сценариям еще одного – более негативного стресс-сценария.

Выслушав коллег, Александр Новак заверил, что данный документ не является догмой, и по мере изменений в экономике и на мировых рынках он будет дорабатываться, а все предложения и замечания, прозвучавшие во время обсуждения проекта стратегии, будут проработаны.


МНЕНИЯ

Руководитель Центра мониторинга и экспертиз Комитета по энергетической политике и энергоэффективности Российского союза промышленников и предпринимателей Артем Плаксин:

– Безусловно, текущая редакция энергостратегии выгодно отличается от предыдущей версии. В непростых условиях турбулентности, когда ряд проблем не поддается однозначной интерпретации, не говоря уже о поиске наилучших решений, министерством проведена серьезная работа. Положения нового документа стали более емкими, концентрированными, структура документа более упорядочена. В документе нашли отражение преобладающие мнения экспертной общественности, компаний ТЭКа, обозначена проблематика и возможные пути решения перехода сектора на более высокий качественный уровень. Документ сбалансирован как с точки зрения производителя энергетических ресурсов, так и с точки зрения потребителей – это, конечно, плюс. Однако поскольку принятие документа происходит в непростое время, отдельные прогнозные показатели, на которых он основывается, уже в ближайшие год­два могут стать несостоятельными. В этой связи целесообразно предусмотреть возможность корректировки отдельных показателей, например, в 2017-2018 годах.

Заместитель генерального директора ООО «Хевел» Олег Шуткин:

– Если сравнить цифры по возобновляемой энергетике – те, которые отражены в текущей версии стратегии, и то, что происходит в мире, мы увидим, что наши показатели, если привести примерно к тому же размеру энергосистемы, занижены примерно в десять раз. Не совсем понятно, правильно это или нет, потому что мы не можем больше не замечать возобновляемую энергетику. Осталось выбрать – либо принять в этом участие, либо бороться с ней.

Министр РФ по делам открытого правительства Михаил Абызов:

– Самый проблемный раздел стратегии – энергоэффективность. Да, предусмотрены очень амбициозные прогнозы снижения потребления, но выполнить их будет при наших ценах на энергоресурсы и нагрузках на потребителей тяжело. Мое предложение по доработке стратегии заключается в том, чтобы продумать исчерпывающий перечень действенных механизмов по реализации вопросов энергоэффективности.

Первый заместитель министра энергетики России Алексей Текслер:

– Мы намерены сконцентрировать внимание на развитии конкуренции и обеспечении равных условий конкуренции для всех российских компаний на внутренних государственных энергетических рынках, прозрачных и недискриминационных механизмов ценообразования и обеспечить государственное регулирование естественно монопольных видов деятельности.

 


Реалисты и оптимисты спорят о стратегииКод PHP" data-description="Проект Энергетической стратегии России до 2035 года специалисты назвали скорее «мягким прогнозом», нежели реальным инструментом управления отраслью. Многие участники дискуссии, в том числе глава Общественного совета при Минэнерго Герман Греф, поддержали необходимость добавления в стратегию еще одного – более негативного стресс-сценария.<br /> " data-url="https://www.eprussia.ru/epr/279/6153089.htm"" data-image="https://www.eprussia.ru/upload/iblock/5b5/5b5270eaea41ecbbfdc9704709347bae.jpg" >

Отправить на Email


Свежие Популярные

Войти или Зарегистрироваться, чтобы оставить комментарий.